Все сразу!

Рейтинг: 4
2976 мин

Производство: Россия, 2005-2008


Центральное Интернет ТВ представляет "Все сразу!" онлайн. Информационно-развлекательная полностью посвящена киноиндустрии. Ведущий и корреспонденты программы рассказывают о событиях и новостях российского и западного кинематографа, знакомят зрителей с новыми фильмами, общаются с известными режиссерами и актерами. Программа носит не только познавательный, но и прикладной характер. Ведущий и авторы сюжетов комментируют ситуацию в кинопрокате, дают оценку фильмам, знакомят зрителей с размерами кассовых сборов картин, советуют, какие фильмы стоит посмотреть.
Ведущий:

выпуски

27 дек 2008 02:15
4
27 мин.
2008
20 дек 2008 00:35
0
26 мин.
2008
13 дек 2008 00:25
0
24 мин.
2008
06 дек 2008 00:35
0
26 мин.
2008
29 ноя 2008 00:40
0
26 мин.
2008
22 ноя 2008 00:35
0
25 мин.
2008
15 ноя 2008 00:25
0
25 мин.
2008
08 ноя 2008 00:30
0
26 мин.
2008
01 ноя 2008 00:20
0
24 мин.
2008
25 окт 2008 00:20
0
25 мин.
2008
18 окт 2008 00:10
0
25 мин.
2008
11 окт 2008 01:20
0
25 мин.
2008
04 окт 2008 00:40
0
26 мин.
2008
27 сен 2008 00:20
0
25 мин.
2008
20 сен 2008 00:25
0
23 мин.
2008
13 сен 2008 00:45
0
24 мин.
2008
06 сен 2008 00:25
0
25 мин.
2008
28 июн 2008 01:05
0
26 мин.
2008
21 июн 2008 01:10
0
25 мин.
2008
07 июн 2008 01:15
0
27 мин.
2008
24 май 2008 00:10
0
26 мин.
2008
17 май 2008 01:20
1
26 мин.
2008
03 май 2008 00:15
0
27 мин.
2008
26 апр 2008 00:50
0
26 мин.
2008
19 апр 2008 00:40
0
26 мин.
2008
12 апр 2008 00:45
0
26 мин.
2008
05 апр 2008 00:35
0
26 мин.
2008
29 мар 2008 00:40
0
26 мин.
2008
22 мар 2008 01:05
0
25 мин.
2008
15 мар 2008 00:25
0
24 мин.
2008
05 мар 2008 23:55
0
26 мин.
2008
21 фев 2008 00:10
0
25 мин.
2008
14 фев 2008 00:05
0
25 мин.
2008
07 фев 2008 00:05
0
26 мин.
2008
31 янв 2008 00:10
0
24 мин.
2008
17 янв 2008 00:05
0
26 мин.
2008
11 янв 2008 01:35
0
26 мин.
2008
13 дек 2007 00:10
0
25 мин.
2007
06 дек 2007 00:10
0
26 мин.
2007
29 ноя 2007 00:10
0
26 мин.
2007
15 ноя 2007 00:20
0
25 мин.
2007
08 ноя 2007 00:10
0
26 мин.
2007
25 окт 2007 00:10
0
26 мин.
2007
11 окт 2007 01:45
0
26 мин.
2007
04 окт 2007 00:10
0
25 мин.
2007
27 сен 2007 00:10
0
25 мин.
2007
13 сен 2007 01:15
0
27 мин.
2007
06 сен 2007 01:15
0
25 мин.
2007

Комментарии (197)

  • Nadejdina
    29 ноя 2019 14:44
    Мистическая загадка маяка Эйлин-Мор:----
    То, что люди иногда исчезают, давно перестало быть сенсацией — такое случалось во все времена. Нередко подобные происшествия носили криминальный характер, а бывало — и романтический. Но, как правило, в конце концов отыскивались либо трупы, либо исчезнувшие влюблённые. Одна из таких таинственных историй произошла в конце
    XIX века.
    Смотрители маяка
    Конечно, за историю человечества исчезали не только простые обыватели, но и персоны, широко известные. Вот пара примеров. В конце 1967 года не вышел из моря после купания премьер-министр Австралии Гарольд Холт. Это был успешный политик, прекрасный спортсмен, аквалангист и любимец женщин. Несмотря на предпринятые поиски, тело его так и не было найдено. Подозревали разное: премьер мог стать жертвой покушения, а возможно, и акул (случаи нападения морских хищниц на людей в этих водах нередки). Однако не исключали, что смерть премьера — лишь мистификация, организованная им самим с целью навсегда скрыться с возлюбленной. Одной из величайших загадок XXI века стало исчезновение принадлежащего Малайзии авиалайнера «Боинг-777», вылетевшего 8 марта 2017 года с сотнями пассажиров на борту из Куала-Лумпура в Пекин и будто растворившегося в небе или океане. Беспрецедентные по своим масштабам поиски не дали результатов. Можно вспомнить ещё немало аналогичных историй.
    А вот что произошло в последние дни XIX века на одном из забытых богом, да и людьми, небольшом шотландском островке Эйлин-Мор, архипелаг Внешние Гебридские острова. Омывающие его воды всегда считались опасными для мореплавания: крутые скалистые берега, множество рифов и отмелей в сочетании с частыми штормами представляли серьёзную опасность. Немало судов терпели здесь бедствия. К тому же этот остров издавна имел дурную славу —поговаривали, что на нём нашли пристанище эльфийские духи, не терпящие присутствия чужаков. Поэтому моряки предпочитали без острой необходимости сюда не заходить. Единственными его обитателями были четверо бывших моряков, ставших теперь смотрителями открытого в 1899 году маяка. Работали они вахтовым методом: каждый из смотрителей трудился шесть недель, затем поочередно с товарищами отправлялся на две недели в отпуск на материк. Таким образом, на маяке постоянно оставалось три человека. Каждые две недели на Эйлин-Мор приходило небольшое судно «Гесперус», доставлявшее почту, керосин для ламп и продукты, а заодно и отгулявшего отпуск смотрителя. Обратным рейсом «Гесперус» забирал следующего отпускника. 6 декабря 1900 года в отпуск отправился Джозеф Мур.
    Потухший маяк
    Год после своего открытия маяк работал исправно, но в последних числах декабря 1900 года от капитанов судов, проходящих мимо Эйлин-Мора, стали поступать сообщения, что они не видят огней маяка. Как раз подошло время возвращаться на службу Муру, и он погрузился на «Гесперус». Предстояла уже вторая зима, которую он и его напарники, Томас Маршалл, Джеймс Дукат и Дональд Макартур, проведут на маяке. В целом своей жизнью здесь они были довольны: крепкое жилье надежно защищало их от непогоды, работой они себя не перетруждали. Правда, и развлечений особых не было: читали доставляемые раз в две недели газеты, играли в шахматы. Меж собой разговаривали немного.
    «Гесперус», на котором возвращался из отпуска Мур, пришвартовался к причалу острова 24 декабря. Сердце Мура сжалось, как только он увидел потухший маяк. Странным было и то, что их никто не встречал, а ведь всегда ждали с нетерпением — как-никак прибывала почта, газеты, свежие продукты, возвращался товарищ, а кто-то из встречающих мог отправиться в долгожданный отпуск. Но в этот раз на острове стояла зловещая тишина.
    Несколько раз «Гесперус» дал гудок, но никто не отозвался. Мур первым подошёл к маяку. Дверь оказалась заперта. Мур открыл её, вошел в помещение и громко позвал своих товарищей. Ответа не последовало. Помещение было пустым и холодным, часы на стене остановились. Мур побежал к кораблю, чтобы позвать на помощь людей, не зная, что может ждать его наверху, в световом отделении маяка. Два матроса поднялись вместе с ним, но и там никого не обнаружили. Все было в полном порядке: фитили ламп очищены и подняты на требуемый уровень, лампы наполнены керосином и могли быть зажжены в любой момент — в общем, всё как обычно. Необычным было лишь отсутствие на месте двух плащей и двух пар резиновых сапог, принадлежавших смотрителям. В них при ненастной погоде они делали обход территории. Мур обратил внимание еще и на то, что последняя запись в вахтенном журнале была сделана 15 декабря, т. е. за 9 дней до их прибытия на остров.
    Обыскали весь остров, но никаких следов исчезнувших смотрителей не обнаружили. Открылись лишь некоторые детали, которые могли бы косвенно послужить ключом к разгадке. Островной причал очень пострадал от шторма, с бетонной площадки, поднятой над водой метров на 20, свисал на тросах кран. Канаты, прежде аккуратно скатанные в бухты, были заброшены в расселину скалы метров на 30 вверх. Какими же должны были быть волны, чтобы забросить их на такую высоту? Не в этих ли волнах нашли свою смерть товарищи Мура? Но ведь волн такой высоты здесь никогда не наблюдали. Кроме того, в прошлом бывалые моряки, каковыми являлись смотрители, вряд ли отправились бы в такое ненастье на причал, тем более что и необходимости в этом не было. А если они втроём все-таки решились бы на это, то взяли бы все три плаща, а не два. Такие мысли роились в голове Мура.
    Вместе с капитаном «Гесперуса» они тщательно изучили записи в вахтенном журнале, который в последние 10 дней вёл Томас Маршалл. Из лаконичных записей складывалась картина необъяснимого ужаса, который охватил всех трех смотрителей. «12 декабря — шторм, ветер северо-западный, море неистовствует. Никто никогда такого шторма здесь еще не видел. Громадные волны бьются о стены маяка. Джеймс очень возбужден». Прочитавшие переглянулись: 12 декабря «Гесперус» находился всего в 30 милях от маяка и никакого сильного шторма не наблюдал.
    Неожиданной была и запись о душевном состоянии Джеймса Дуката — такое обычно в журнал не заносится. Следующая запись, датированная ночью того же дня: «Шторм только крепчает. Ветер того же направления. Из-за шторма мы заперты, не можем выйти наружу. Прошел корабль, подавая туманный сигнал. Джеймс пока спокоен, но Макартур плачет». Мур и капитан вновь переглянулись: во-первых, запись говорит, что из-за шторма смотрители заперты и не могут выйти, а между тем двух плащей на месте нет. Во-вторых, опять идет несвойственная вахтенному журналу эмоциональная запись о плачущем Макартуре. Что же могло вызвать слёзы у этого старого морского волка?
    Они продолжили чтение: «13 декабря. Шторм продолжался всю ночь. Ветер изменил направление на юго-восточное. Дукат спокоен, Мака рту р молится». Странно всё это: днем раньше Макартур плакал, теперь он, не веривший ни в Бога, ни в черта, молится! И новая запись: «Полдень. Серый день. Мы все трое молимся». Никогда раньше Мур не видел своих товарищей за молитвой. Вероятно, охвативший их ужас был настолько велик, что они вспомнили о Боге. Наконец, последняя запись в вахтенном журнале: «15 декабря, 13 часов, шторм стих, море спокойно. Бог сжалился над нами!» И Мур, и капитан обратили внимание, что 14 декабря в журнале пропущено. Почему?
    Во время судебного расследования было установлено, что в ночь на 15 декабря лихтер «Аркер» едва не напоролся на скалы из-за того, что маяк на Эйлин-Море не работал. Исходя из этого предположили, что к тому времени смотрителей на маяке уже не было. Что же произошло? Могли внезапно разразившийся шторм, которого никто почему-то не заметил, пронестись вихрем через весь остров и погубить смотрителей, неосторожно отправившихся в это время на причал? Логичнее предположить, что смотрители пошли осматривать причал после того, как шторм утих и Маршалл сделал свою последнюю запись о его окончании. Никаких определенных заключений комиссия по расследованию сделать так и не смогла, единственный вывод, к которому она пришла, — бесспорно: события, повлекшие за собой исчезновение смотрителей, разыгрались после окончания шторма.
    Читать: Коралловый замок
    Так или иначе, разгадка найдена не была. Одна из версий, из множеств обсуждаемых комиссией и прессой, строилась на том, что один из смотрителей, не выдержав ужаса от разгула стихии, потерял рассудок, убил своих товарищей, сбросил их тела в море, а затем бросился туда сам. Не исключено, что и ужасный шторм, упоминаемый в вахтенном журнале, был лишь плодом его воспалённой психики?
    Скалы Эйлин-Мора хранят свою тайну до сих пор. Официальное заключение, сделанное комиссией по расследованию, таково: смотрители маяка, видя надвигающийся шторм, в нарушение правил безопасности бросились на причал и были смыты волной.
    Затворничество Мура
    Мур не смог согласиться с таким выводом комиссии. Он остался на острове, чтобы продолжить собственное расследование. Составить ему компанию желающих не нашлось. Времени для размышлений у Джозефа было предостаточно. Версию с огромной волной он всерьёз не рассматривал, в предположение о помешательстве и убийстве тоже не верил — ведь всего за две недели до исчезновения все они были в здравом рассудке.
    Долгих 10 лет провел Мур на острове. Лишь в январе 1910 года, когда был назначен новый смотритель маяка, он вернулся на материк. О том, что ему пришлось пережить за эти годы, Мур говорить не любил — опасался прослыть сумасшедшим. Лишь немногое сообщил он друзьям. Находясь на острове, он постоянно чувствовал гнетущую атмосферу и будто ощущал чьё-то присутствие. Не раз, обычно перед штормами, казалось ему, что он слышит крики о помощи. Однажды, когда буря была особенно сильной, Джозеф явственно услышал, что его зовут. Несмотря на непогоду, он выбежал из дома и стал выкрикивать имена пропавших товарищей. На мгновение ему показалось, что слышит отклик. Был ли это плод его воображения или крики чаек, никто уже не расскажет.
    Когда за Муром пришел корабль, он, уже стоя на причале, в последний раз позвал товарищей. И в этот момент, по его словам, с башни маяка взлетели три огромные черные птицы и скрылись за горизонтом.
  • Nadejdina
    26 ноя 2019 13:32
    Теорема Томаса Байеса: почему стопроцентная уверенность — зло:-----
    Популяризатор науки и одна из успешнейших женщин-игроков в покер Лив Боэри рассказывает о том, как формула вероятности Байеса помогла ей избавиться от ипохондрии и улучшить навыки логического мышления
    Я была ипохондриком большую часть своей жизни.
    Когда мне было 13, я прочитала статью
    о девушке моего возраста, которая недавно облысела. Следующие шесть месяцев я одержимо подсчитывала каждую волосинку, оставшуюся на расческе.
    Несколько лет спустя, когда я была первокурсницей, у меня три дня подряд болела голова, и из-за этого я рыдала в постели, будучи уверенной, что у меня опухоль мозга. (Ее не было.)
    В 2008 году мой невротизм достиг головокружительного пика. Я занималась вейкбордингом на теплом озере во время поездки в Лас-Вегас и спустя несколько дней после этого проснулась с недомоганием. Спустя три часа чтения Google я была в полной панике.
    Видите ли, существует чрезвычайно редкая, но тем не менее ужасающая амеба под названием Naegleria fowleri, которая иногда появляется в теплых пресноводных озерах в южных штатах, и если вдохнуть воды из озера, амеба может проникнуть к обонятельному нерву, размножиться и в буквальном смысле поедать ваш мозг. И хотя я понимала смысл слов «чрезвычайно редко», сюжет был чересчур уж идеальным — невротический ипохондрик, который постоянно страшился редких страшных болезней, пал жертвой редкой страшной болезни.
    Конечно, я снова ошиблась. Единственное, что ело мой мозг, – это мое иррациональное беспокойство, и после нескольких бессонных ночей я почувствовала себя достаточно хорошо, чтобы опять присоединиться к загулу в Вегасе.
    Перескакивая на сегодняшний день, я рада сказать, что мои ипохондрии — и мои навыки логического мышления в целом — значительно улучшились. По большей части этим я обязана своей профессии: я начала играть в профессиональный покер вскоре после случая с амебой, и за 10 лет игра научила меня лучше справляться с неопределенностью.
    Но самое сильное противоядие от моей иррациональности я получила из удивительного источника: от английского священника XVIII века — преподобного Томаса Байеса. Его новаторская работа в статистике выявила чрезвычайно мощный инструмент, который при правильном использовании может радикально улучшить наше восприятие мира.
    Теорема Байеса
    Наш современный мир, как известно, непредсказуем и сложен. Покупать ли биткойны? Верить ли этому заголовку? Мое смятение действительно существует или просто навязано мне?
    Будь то финансы, карьера или любовная жизнь, нам приходится ежедневно принимать сложные решения. Кроме того, смартфоны круглосуточно бомбардируют нас бесконечным потоком новостей и информации. Часть этой информации надежна, часть — просто шум, а кое-что и вовсе придумано, чтобы ввести нас в заблуждение. Итак, как же мы решаем, во что верить?
    Преподобный Байес сделал громадные шаги в решении этой вековой проблемы. Он был статистиком, и его работа над природой вероятности заложила основу того, что теперь известно как теорема Байеса. Хотя его формальное определение представляется довольно устрашающим математическим уравнением, оно, по существу, сводится к следующему:
    Предыдущие убеждения (априорная вероятность) х новые данные = новые убеждения (апостериорная вероятность)
    Другими словами, всякий раз, когда мы получаем новое доказательство, насколько оно влияет на то, что мы в настоящее время считаем истиной? Поддерживает ли эта информация наши убеждения, подрывает ли их или вообще никак не влияет?
    Этот подход известен как «байесовское» мышление, и скорее всего, вы используете этот метод построения убеждений всю свою жизнь, не осознавая, что у него есть формальное название.
    Например, представьте себе, что коллега приходит к вам с шокирующей новостью: он подозревает, что ваш босс «выкачивает» деньги из компании. Вы всегда уважали своего начальника, и если бы вас попросили оценить вероятность его воровства до того, как вы услышали какие-то сплетни («априорная вероятность»), вы сочли бы это крайне маловероятным. Между тем известно, что ваш коллега преувеличивает и драматизирует ситуации, особенно то, что касается руководства. Таким образом, одно его слово несет в себе небольшой доказательный вес — и вы не слишком серьезно относитесь к этим обвинениям. Статистически говоря, ваша «апостериорная вероятность» остается почти неизменной.
    Теперь возьмем тот же сценарий, но вместо вербальной информации ваш коллега демонстрирует бумажные доказательства, что денежные средства компании уходят на банковский счет вашего начальника. В этом случае вес доказательств намного сильнее, поэтому вероятность того, что «босс — вор», сильно вырастет. Чем сильнее доказательства, тем сильнее ваши новые убеждения. И если доказательства достаточно убедительные, это побудит вас полностью изменить свое мнение о начальнике.
    Если это кажется очевидным и интуитивным, так и должно быть. Человеческий мозг в какой-то мере и есть естественная машина байесовского мышления благодаря процессу, известному как прогностическая обработка. Проблема в том, что почти все наши интуитивные чувства развивались в более простых ситуациях, вроде борьбы за выживание в саванне. Сложность более современных решений может иногда приводить к тому, что байесовское мышление не срабатывает, особенно если дело касается того, что нас действительно волнует.
    Ловушки мотивированных рассуждений
    Что, если вместо уважения к начальнику вы испытываете раздражение, потому что считаете, что его несправедливо повысили до нынешней позиции вместо вас? Объективно говоря, ваше «априорное» убеждение в том, что он расхищает средства, должно быть почти таким же маловероятным, как в предыдущем примере. Однако поскольку вы не любите его по другой причине, у вас теперь есть дополнительная мотивация поверить в сплетни от вашего коллеги. В результате ваше «апостериорное» убеждение может измениться кардинально, несмотря на отсутствие убедительных доказательств… и возможно, дойдет до того, что вы сделаете или скажете что-то неблагоразумное.
    Феномен перехода от корректного выстраивания выводов к опоре на личные желания или эмоции известен как «мотивированное рассуждение», и оно затрагивает каждого из нас, какими бы рациональными мы себя ни считали. Сложно сосчитать, сколько объективно глупых игр я провела за покерным столом из-за чрезмерной эмоциональной привязанности к конкретному результату — от погони за потерянными фишками и безрассудными блефами после неудачной раздачи карт до отчаянного геройства против соперников, которые действовали мне на нервы.
    Когда мы слишком сильно отождествляем себя с глубоко укоренившимся убеждением, идеей или результатом, могут возникнуть множество когнитивных предубеждений. Например, возьмите предвзятость подтверждения. Это наша склонность охотно принимать любую информацию, подтверждающую наше мнение, и недооценивать все, что противоречит ему. Это очень легко заметить у других людей (особенно у тех, с кем вы не согласны в политическом плане), но очень трудно обнаружить у себя, потому что предвзятость возникает бессознательно. Но она всегда есть.
    И такая байесовская ошибка может иметь очень реальные и трагические последствия: это уголовные дела, в которых присяжные заседатели бессознательно игнорируют оправдательные доказательства и отправляют невиновного в тюрьму из-за своего предшествующего негативного столкновения с кем-то из демографической группы, в которую входит подсудимый. Это и растущая неспособность услышать альтернативные аргументы от представителей другой части политического спектра. Теоретики заговора впитывают любые нетрадиционные убеждения, которые попадаются им под руку: они считают, что Земля плоская, что звезды кино — ящеры, а случайная пиццерия — база сексуального рабства, и все из-за комментариев, прочитанных в интернете.
    Итак, как нам преодолеть эту глубоко укоренившуюся часть человеческой натуры? Как правильно применять байесовское мышление?
    Экстраординарные высказывания требуют экстраординарных доказательств
    Для мотивированных рассуждений решение очевидно: самосознание.
    Хотя предвзятость подтверждения обычно незаметна для нас, ее физиологические триггеры более очевидны. Есть ли человек, слыша о котором, вы стискиваете зубы, а ваша кровь вскипает? Социальные или религиозные убеждения, которые вам дороги настолько, что вы считаете смехотворным даже обсуждать их?
    У всех нас есть какое-нибудь глубокое убеждение, которое заставляет нас немедленно занять оборонительную позицию. Это не означает, что убеждение на самом деле неверно. Но это значит, что мы уязвимы к плохой аргументации по поводу этого убеждения. И если вы научитесь определять у себя соответствующие эмоциональные сигналы, у вас будет больше шансов объективно оценить доказательства или аргументы другой стороны.
    Впрочем, лучшее средство от некоторых байесовских ошибок — точная информация. Именно это помогло мне в битве против ипохондрии. Изучение числовых вероятностей болезней, которых я боялась, означало, что я могу справиться с рисками так же, как и в покере.
    Уставший от моего невротизма друг оценил приблизительные шансы того, что кто-то моего возраста, пола и истории болезни подцепит эту смертельную амебу после купания в этом конкретном озере. «Лив, вероятность этого значительно меньше того, что ты сделаешь королевский флеш дважды подряд, — сказал он. — Ты сыграла тысячи партий, и этого никогда не случалось ни у тебя, ни у кого-то другого, кого ты знаешь. Перестань беспокоиться об этой гребаной амебе».
    Если бы я хотела сделать еще один шаг, я могла бы, применив к этой априорной вероятности формулу Байеса, умножить ее на доказательную силу моих симптомов головного мозга. Чтобы сделать это математически, я бы взяла обратную ситуацию: насколько вероятны мои симптомы без амебы? (Ответ: очень вероятны!) Поскольку головные боли бывают у людей постоянно, это очень слабые доказательства амебной инфекции, и поэтому апостериорная вероятность остается практически неизменной.
    И это важный урок. Когда речь идет о статистике, легко сосредоточиться на жареных заголовках, таких как «тысячи людей погибли от терроризма в прошлом году», и забыть о другой, такой же важной части уравнения: число людей, которые не погибли от него в прошлом году.
    Иногда энтузиасты заговора попадают в подобную статистическую ловушку. На первый взгляд, оспаривать некие устоявшиеся убеждения — хорошая научная практика, это может раскрыть несправедливость и предотвратить повторение системных ошибок в обществе. Но для некоторых доказательство, что главенствующая точка зрения ошибочна, становится всепоглощающей миссией. И это особенно опасно в эпоху интернета, когда поиск в Google всегда подбрасывает что-то, что соответствует вашим убеждениям. Правило Байеса учит, что экстраординарные высказывания требуют экстраординарных доказательств.
    Тем не менее, для некоторых людей чем менее вероятно объяснение, тем более вероятно, что они этому поверят. Возьмите тех, кто утверждает, что Земля плоская. Они исходят из представления, что все пилоты, астрономы, геологи, физики и инженеры GPS в мире участвуют в заговоре, чтобы ввести общественность в заблуждение относительно формы планеты. Априорная вероятность этого сценария, учитывая все другие мыслимые возможности, чрезвычайно мала. Но, что совершенно дико, любая демонстрация противоположной точки зрения, какой бы сильной она ни казалась, еще больше укрепляет их мировоззрение.
    Безусловная неопределенность
    Если и есть хоть одна вещь, в которой мы благодаря Байесу можем быть уверенными, так это то, что ни в чем нельзя быть уверенными абсолютно. Как космический корабль, пытающийся достичь скорости света, апостериорная вероятность может только приближаться к 100% (или 0%), но никогда не сможет достичь этого показателя.
    Когда мы говорим или думаем: «Я уверен на 100%!» — даже в отношении чего-то очень вероятного, как шарообразная форма Земли, — это не просто глупость, это фактическая ошибка. Говоря так, мы утверждаем, что в мире нет доказательств, какими бы сильными они ни были, которые способны изменить наше мнение. И это так же смешно, как утверждать: «Я знаю все обо всем, что когда-либо могло произойти во Вселенной», потому что всегда есть нечто неизведанное, что мы не можем себе представить, какими бы знающими и мудрыми мы ни были.
    Именно поэтому наука никогда официально ничего не доказывает — она просто ищет подтверждения или опровержения существующих теорий, пока степень уверенности не приблизится к 0% или 100%. Это должно служить напоминанием о том, что мы всегда должны допускать возможность поменять мнение, если появятся достаточно сильные доказательства. И самое главное, мы должны смотреть на наши убеждения реально: это просто еще одна априорная вероятность, дрейфующая в море неопределенности."
  • Nadejdina
    08 ноя 2019 17:11
    Чудо без перьев:----
    Все махнули на него рукой – он увлекался то гипнозом, то автогонками. Но венгерский еврей Ласло Биро разработал для General Motors автоматическую коробку передач, а вскоре подарил миру шариковые авторучки.
    Каждый день в мире продается около 15 миллионов шариковых ручек. Они воспринимаются нами как простейшие устройства –
    стержень с чернилами и шарик, эти чернила на бумагу в итоге переносящий. Однако человечеству потребовались тысячелетия, чтобы пройти путь от угля и камня до гусиных перьев и чернил, столетия, чтобы изобрести карандашный грифель и прообраз стальных кончиков для перьев. Лишь к концу XIX века ручки с металлическим пером полностью вытеснили гусиные перья.
    А вот привычные нам шариковые ручки появились в продаже только в середине прошлого века – стоили они тогда дорого, воспринимались как роскошь. К примеру, в СССР для населения была даже организована заправка стержней пастой на базе мастерских по ремонту бытовой техники: позволить себе купить новый стержень могли далеко не все. Придумал же шариковую ручку венгерский химик Йозеф Биро. Случилось это еще в 1938 году, однако нестабильная политическая ситуация в Европе не позволила ему сразу же наладить массовое производство.
    Ласло Йозеф появился на свет в 1899 году в Будапеште. Его отец Мозеш Матьяш Швайгер был стоматологом – вскоре после рождения сына он сменил фамилию всего семейства на Биро. Решив сохранить семейственность при выборе профессии, Ласло поступил на медицинский факультет местного университета. Но несмотря на успехи в учебе, диплом он так и не получил. Сначала Йозеф увлекся психологией, затем стал практиковать гипноз, потом попробовал себя в роли менеджера одной из нефтедобывающих компаний. Закончилось все страстной любовью к автогонкам. Интересовался Биро всем всерьез: машины, например, изучил так, что вскоре разработал новый вариант автоматической коробки передач – патент на него тут же приобрела американская фирма General Motors.
    Тем временем Ласло вновь сменил сферу деятельности – устроился журналистом в редакцию одной из газет. В этой профессии он в итоге решил задержаться и весьма в ней преуспел – со временем стал редактором нескольких будапештских изданий. Основным рабочим инструментом Биро, как и у многих журналистов того времени, была капиллярная перьевая ручка. При всем ее совершенстве в сравнении с гусиным пером она была крайне прихотлива – могла протечь или же вовсе в самый неподходящий момент не оставить на бумаге никаких следов. Да и чернила того времени очень долго высыхали на бумаге.
    Однажды Биро рассеянно наблюдал за ротационной печатной машиной, на выходе из которой получалась уже практически сухая полиграфическая продукция. И тут его осенило: если заправить перьевую ручку типографской краской, то записи будут высыхать так же быстро. Впрочем, задумка привела лишь к порче самой ручки, так как типографская краска была слишком густой для нее. Но план был понятен, и к его реализации журналист подключил лишь одного человека – своего брата Георга, химика по образованию. Георг разрабатывал формулу чернил, Биро занимался механизацией процесса их подачи.
    Первый опытный образец писчих инструментов с шариком, вращавшимся при движении ручки по бумаге, был запатентован братьями в 1938 году. В том же году Венгрия под руководством Милоша Хорти приняла ряд антиеврейских мер – это вынудило Биро перебраться во Францию, где он продал первую лицензию на производство ручек для нужд британской авиационной промышленности. Так что первыми, оценившими все плюсы шариковой ручки, были английские штурманы. Для них это было более чем актуально: их перьевые ручки не справлялись со своими обязанностями при тряске и низких температурах или на большой высоте.
    Справедливости ради стоит отметить, что еще в 1888 году «авторучку с вращающимся наконечником» запатентовал американец Джон Лауд из Массачусетса. Правда, напоминала она скорее большой маркер с крупным вращающимся шариком от подшипника на конце – писать таким устройством было весьма проблематично. Сам Лауд был дубильщиком кож и предполагал использовать ручку для маркировки кожи, но так и не довел свое изобретение до ума. До 1918 года идея шарика в ручке так или иначе была закреплена еще в 350 патентах, выданных в США – но все они были далеки от совершенства: протекали, пачкались и застывали, накрепко схватывая шарик и не давая ему вращаться. Вот почему первенство в изобретении современной шариковой ручки отдают все-таки Ласло Биро, сумевшему подобрать идеальный состав чернил и придумать четкую систему их подачи через шарик.
    В 1942 году братья эмигрировали в Аргентину и почти сразу наладили там выпуск своих шариковых ручек на деньги местного инвестора Хуана Мейна. Небольшая фабрика штамповала ручки Birome – к фамилии изобретателя добавили первый слог фамилии инвестора – тысячами. И несмотря на совсем не демократическую поначалу цену, ручки раскупали влет. Интересно, что в Аргентине все шариковые ручки до сих пор называют «бироме» – вне зависимости от бренда.
    В 1944 году Ласло Биро решил обеспечить своими шариковыми ручками США. Он продал лицензию на производство двум большим компаниям – и уже потирал руки в ожидании грандиозного успеха, но вдруг узнал, что шариковые ручки уже давно продаются на американском рынке. Отличий от оригинала – никаких, только название другое, Reynolds Rocket. Дело оказалось вот в чем. Буквально на старте продаж в Аргентине одной «бироме» обзавелся коммивояжер из США Милтон Рейнольдс. Вернувшись домой, он проанализировал рынок, не нашел ничего подобного и запатентовал шариковую ручку Ласло на свое имя.
    Рейнольдс в итоге поставил на идею все – он распродал все свое имущество, наладил на эти деньги производство шариковых ручек и, размахивая полученным патентом, перекрыл возможность выхода на американский рынок для Ласло. Так что в США первые ручки появились под названием Reynolds Rocket, и продавались они по 12 долларов за штуку. Биро, заранее не позаботившийся о защите своего изобретения патентом в США, попытался оспорить действия экс-коммивояжера через суд, но не вышло. Защитники Рейнольдса и вовсе выдвинули версии, что Биро ничего не изобретал – в пример приводили того же дубильщика Джона Лауда. Этот аргумент был принят судом, но вскоре сослужил дурную службу самому Рейнольдсу: производство шариковых ручек тут же освоили сразу несколько предприятий США.
    Европейские бизнесмены оказались честнее. В 1945-м патент на производство шариковых ручек у Биро купил французский предприниматель Марсель Бик. Осознав, что 80% стоимости ручки приходится на стержень, он решил производить его из дешевого пластика. «Пусть она будет одноразовой, но дешевой», – решил Бик, основав компанию Bic, мирового лидера по производству одноразовых шариковых ручек.
    После того как Ласло Биро зафиксировал успех своего изобретения на рынке и начал получать за него достойный роялти, он потерял к ручкам всякий интерес. С 1947 года новым делом жизни этого разностороннего человека стала живопись. Он умер в 1985 году в Буэнос-Айресе, а уже со следующего года в его день рождения в Аргентине стали праздновать – и празднуют до сих пор – День изобретателя.
  • Nadejdina
    07 ноя 2019 14:08
    Самый значимый вывод царя Соломона:-----
    Соломон без всякого преувеличения является самым славным и великим царем Израиля. Сын Давида и Вирсавии, он стал самым прославленным и могущественным монархом древности. В его время израильское царство достигло пика своего могущества и процветания. Историю восшествия на престол и дальнейшую судьбу этого человека можно прочитать
    в третьей книге Царств.Огромное богатство, мудрость, построенный храм, который соперничал по красоте и великолепию с чудесами света, все это связано с именем Соломона. На страницах Писания содержится довольно подробное изложение всех этих событий. По некоторым оценкам, его состояние эквивалентно 1 трлн. долларов. Не даром летописец утверждал, что серебро во времена царствования обесценилось и приравнивалось к цене обычного песка и камней. " И сделал царь серебро в Иерусалиме равноценным с простыми камнями (3-Царств 10:27 RST)Обладая мудростью, дарованной Богом, "как песок на берегу моря" он изрекал притчи и сочинял стихи. Управляя государством, руководствуясь божьими принципами, страна росла, росло и благосостояние ее жителей.Но был один маленький нюанс, который в конце концов сыграл злую шутку и низвел практически на нет все его достижения.Женщины. Гарем царя насчитывал тысячу жен. Это были лучшие представительницы из всех соседних племен и государств. Пребывая во дворе царя, они привнесли в него и свои религиозные взгляды и принципы. В конце концов, царь повелел поставить и соорудить рядом с Храмом различные капища и места поклонения Астарте, Ваалу и другим финикийским божествам и в какой то мере принимая участие в празднествах и обрядах, он и не заметил как уклонился от пути предначертанным ему Богом.
    История Израиля и правление Соломона омрачились национальной катастрофой. Некогда единое, после смерти царя, оно было разделено на Северное куда входили десять колен и южное Иудея, с центром в Иерусалиме и двумя оставшимися коленами. Престарелый царь уже не мог исправить положение и ему оставалось только сетовать и горевать. Выслушав приговор пророка, который обещал, что в его дни не будет разделения, он покорно ждал времени, когда окончатся его дни. Как раз этот момент его жизни ознаменовался написанием одной из самых красивых книг Ветхого Завета, Екклесиаст.
    "Суета сует" и "всему свое время" эти знаменитые фразы именно из этой книги. Думаю, что практически каждый человек хотя бы однажды слышал эти слова. Прочитать ее рекомендую, там есть над чем подумать.
    Итак, Соломон, будучи старцем, измотанный, опечаленный и разочарованный пишет свой главный труд. Книга пропитана пессимизмом. Суета-сует, вот один из часто повторяющихся выводов. Ничего не имеет смысла, "живому псу лучше, чем мертвому льву" "горше смерти - женщина" Богатство, власть, удовольствия, все было подвластно царю, "все, что желали глаза мои я делал". Самые красивые женщины, самые лучшие одежды, все, что тогда мог предложить мир, все это было доступно Соломону. И знаете к какому выводу он в конце концов пришел?.
    "Выслушаем сущность всего: бойся Бога и заповеди Его соблюдай, потому что в этом всё для человека"
    (Бояться Бога — значит признать Его силу, Его величие, Его власть, Его святость, — и из-за этого уважать и почитать Бога. Страх Божий является здоровым страхом, а не каким — то видом фобии, который испытывают люди....)
  • Nadejdina
    06 ноя 2019 14:04
    У фразы «О мертвых либо хорошо, либо ничего» есть продолжение-----
    Крылатые фразы и устоявшиеся речевые конструкции часто сопровождают определенную жизненную ситуацию. К сожалению, «ничто не вечно под луной», каждый из нас в свое время покинет землю и скорее всего, о каждом из нас скажут так: «О мертвом либо хорошо, либо
    ничего, кроме правды». Это и есть полный текст изречения. Высказал его древнегреческий политик и поэт Хилон из Спарты в далеком VI веке до нашей эры. Историк Диоген, живший в III веке нашей эры привел его в своем известном сочинении «Жизнь, учение и мнения прославленных философов». Диоген, живший в III веке нашей эры оставил после себя единственную, написанную в античную эпоху книгу об истории философии. Она состояла из 10 книг, где мыслитель изложил учения древнегреческих мыслителей. Книга содержит не только историю развития философии, но и биографические сведения о Платоне, Пифагоре, Прокле, написанные другими авторами. Так в книге собраны сочинения разных людей, она представляет собой энциклопедию развития науки и мысли тех времен. Со временем фраза «О мертвых либо хорошо, либо ничего, кроме правды» утратила последние слова, тем самым ее смысл сильно изменился. В первоначальном значении предполагалось, что об усопших людях, во время их поминовения, можно было говорить лишь быль, вспоминая человека, не приписывать ему ни грехов, ни подвигов. В последствии, люди, в угоду этике, решили не говорить о человеке ничего, кроме хорошего, добавляя к сказанному: «светлая память».
  • Nadejdina
    04 ноя 2019 15:23
    Тайна Угрюм-реки^----
    Так всё же, где проистекает она, суровая Угрюм-река, в каких пребывает весях? Как найти ее на карте Сибири?
    Лучше всего прислушаться к самому Вячеславу Яковлевичу Шишкову. У него, ясное дело, нет прямых указаний, где искать Угрюм-реку. Но есть дневниковые записи о том, где и как впечатляла его, будущего
    литератора, могучая сибирская природа.
    Эти записи и подведут нас к Подкаменной Тунгуске. Однако они просветят читателей не так чтобы враз, а постепенно, по мере высвечивания жизненных перипетий писателя. Поэтому есть нужда изложить историю с кое-какими реками Сибири, где побывал Шишков.
    В молодости он проводил гидрологические исследования на многоводной Нижней Тунгуске. Немало провел времени в поселке Ербогачен. Что дало ему, конечно же, интересный материал для описания нравов в сибирских поселениях.
    А когда наладилась экспедиция вниз по течению, Вячеслав вместе с товарищами отправился в путь к далекому Енисею. Туда насчитаешь не сотню километров – свыше двух тысяч. Без быстрого моторного продвижения, на одних лишь веслах, пройти весь маршрут было куда как нелегко. Скорее всего невозможно, и всё же экспедиция отправилась в немыслимо дальнюю дорогу.
    В наши дни одолеть на моторках столь солидное расстояние вряд ли представится делом простым, а что говорить о стародавних царских временах…
    Риск был огромный. Таежные берега – можно догадаться нам – глядели на смельчаков насмешливо. Угрюмо. Точнее: с насмешливой угрюмостью. Этот тяжелый взгляд молодой Вячеслав приметил, оценил, и в дневниковых записях будущего писателя стала сквозить тревога.
    Путешественник подробно фиксировал чуть не каждую трудность пути, потому и вставала затем перед людьми, читающими его дневник, реалистическая картина, где ни один факт не затушевывался, не подавался в лирически-романтическом флёре.
    Скажете: при чём здесь Подкаменная Тунгуска? Мы потихоньку подойдем и к ней.
    Подойдем тогда, когда риск станет уже не просто предсказуемым фактом, а реальным событием. Вопросом жизни и смерти. Как для самого Шишкова, так и для его спутников.
    Спуск по течению почему был столь трудным? Река петляла, преграждала проходы в узкостях. То и дело поток воды запирался песчаными отмелями. Да так, что не пройти лодкам. Тогда их – они в записях фигурируют как «шитики» – разгружали, а груз перетаскивали вперед, по каменистым берегам. Иногда приходилось идти навьюченными, словно лошади. Версту, а то и две, прошагаешь к глубокому плесу. Уф, добрались, наконец-то, вот она, способная вода, пригодная для сплава!
    Всё бы хорошо. Однако надо раздеваться, возвращаться к шитикам и тащить, тащить лодки, прогребая борозду по гальке и песку.
    В горах еще таяли снега, ледяной поток обжигал тела, и у речных путешественников зуб на зуб не попадал. Мокрым, окоченевшим, им некогда было разжигать костры и греться. Сразу надо садиться за весла. И – в путь: до Енисея еще тьма долгих верст.
    С каждым днем блекло солнце. Потом его закрыли темные тучи, пролились дожди, ударили холода. Мороз начал сковывать реку. Если судить по записям в дневнике, экспедиция прошла довольно далеко. Но одолела около половины пути лишь, и до Енисея оставалось столько верст, что сосчитать – со счета собьешься.
    Двигаться к обжитым местам далекой реки по тунгусскому безлюдью, в страшные здешние холода, пешком – нет, до Енисея не дойти, а погибнуть полная свобода.
    Хорошо, что Шишков с товарищами встретил стойбище эвенков – тунгусов, как раньше говорили. Нашелся здесь человек из тех опытных кочевников, которым известен был путь на юг, знакомы и Подкаменная Тунгуска, и Ангара, расположенные в краях более теплых.
    Бросили, значит, свои шитики, пошли через тайгу в надежде встретить впереди какое-либо поселение и передать весточку в штаб экспедиции, в далекий Томск.
    Какие в захолоделых дебрях проселочно-хоженые дороги, какие утоптанные тропки?
    Проводник о них не ведал, но знал ручьи и речушки, впадающие в Подкаменную Тунгуску, ориентировался по сопкам, поскольку в памяти у него отложился рельеф местности и верное направление движения.
    А вскоре тайгу завалили снега, и пришлось уже пробиваться не только через буреломы, но и через сугробы, прячущие под собой хоть ямы, а хоть и ледяную воду еще не промерзших до дна ручьев.
    На подходе к Подкаменной Тунгуске все выбились из сил. Позади сотни верст без настоящего отдыха. Не отогреться, не выспаться, не поесть нормально, не просушить одежду.
    Хочется упасть, забыться, сдаться на милость той самой смерти, что стоит над тобой с неумолимой косой. Здесь пришло к путникам понимание – погибель как никогда близка.
    Подкаменная Тунгуска пусть и рядом, но и конец жизни виден уж столь явственно. Так что нет смысла говорить о каком-то риске. О нем, понятно, нет речи в дневниковых записях Шишкова. Единственно, что ощущается, – осознание будущим писателем, насколько велико могущество здешней природы, как трудно спорить с ее угрюмым напором и неизбывной силой.
    На Подкаменной Тунгуске отложилось в душе безмерно вымотанного путешественника Вячеслава то понимание природы здешней, реальной жизни и не менее реальной смерти, то эмоциональное начало, которое стало подлинным истоком Угрюм-реки. И – легло в основу знаменитого романа.
    Около полутора месяца пробивались к деревеньке, где остановились и послали весточку в штаб. Шли упорно и дошли, смело продвигаясь даже тогда, когда уже над головами свистела смертная коса.
    Такая случилась с молодым Шишковым история. Экспедиция преодолела наваждение Угрюм-реки. И все теперь живы, и впечатлений для будущего художника слова – море, неисчерпаемый кладезь знаний о суровой жизни вблизи сибирских рек, в бескрайней тайге. Не стали для него тайной пути зверя лесного в охотничьих угодьях, ни людское рвачество на добычных предприятиях золотого промысла, ни отчаянное прозябание в немногочисленных сибирских поселениях, где жуткая нужда сменялась разгулом редких счастливчиков, объявившихся с мешочками драгоценного песка.
    Природа Сибири и природа бытия сошлись в одно целое. Душа рядового гидролога переполнилась, рванулась – выплеснула перед читателями не какой-нибудь пустячок, а могучего порыва объемистое произведение.
    Образное живописание получилось у словотворца настолько убедительным, что по сию пору, оставаясь художественной эпопеей, роман существует одновременно и как объект спора.Живет в людях легенда Угрюм-реки. Тайну страстно желают разгадать хоть патриоты-чалдоны, а хоть и все прочие, которым не лень, поглядывая на карту, рассуждать: а где здесь шишковский клад, где он спрятал свою неординарную реку?
  • Nadejdina
    28 окт 2019 15:12
    Тайны Летнего сада:----
    315 лет назад в Петербурге был основан Летний сад. К этой дате Президентская библиотека представила богатую электронную коллекцию, в которой собраны открытки, картины, фотографии…
    История создания царской летней резиденции на Неве подробно описана в раритетном издании Сергея Князькова «Картины по русской истории» (1913).
    Кроме того, на портале
    Президентской библиотеки можно открыть более 40 комплектов и отдельных открыток — например, набор фотографий «Скульптура Летнего сада», — живописующих отдельные уголки и неожиданные ракурсы этого прекрасного сада, созданного по велению государя на левом берегу Невы, чуть наискосок от Заячьего острова.
    «Нынешний Летний сад — небольшой остаток того, что было, — резюмирует исследователь Северной столицы Сергей Князьков. — Летний сад петровских времён занимал всё пространство между Мойкой и Фонтанкой от Невы до Невского проспекта» Место для летнего дома и сада, с точки зрения Петра, идеальное. Оно с трёх сторон окружено водой. К тому же территория изначально была обустроена в голландском стиле, стоял дом с хозяйственными постройками и небольшой сад.
    По приказу Петра I, работам был придан грандиозный масштаб. Уже в начале июня 1704 года, всего через год после основания Северной столицы, из Европы потянулись в Петербург подводы с цветами и саженцами для царского сада. Строился Летний дворец для Петра, устраивались первые фонтаны, на реке поставили «водовзводное колесо». Стараниями иностранных и русских и мастеров — таких, как Иоганн Яфтман, которого на русский манер звали Иваном Яковлевым, — а также благодаря неиссякаемой энергии Петра уже к 1715 году сад был наилучшим образом благоустроен, украшен скульптурами и фонтанами и стал любимым местом собраний и пиршеств, которые любил устраивать царь, «когда потехе не мешали дела».
    «В обществе царь Пётр обыкновенно был весел, обходителен, разговорчив и беседу любил весёлую, непринуждённую, умную, — читаем в уже упомянутой книге «Картины по русской истории». — Он очень не одобрял ссор и заносчивости среди своих гостей  и  тех, кто “лишнее врал и других задирал”»
    В Летнем саду обычно торжественно праздновался день именин царя и предшествовавший им день «преславной виктории» — военно-морской победы над шведами. Праздник начинался около пяти часов вечера. К этому времени на обширной лужайке сада, Царицыном лугу (позже было переименовано в Марсово поле), выстраивались Преображенский и Семёновский полки. Царь угощал солдат, собственноручно преподнося им в деревянных чашках вино и пиво.
    «Расскажу по порядку всё, что там есть замечательного, — повествует Князьков, — с северной стороны, у воды, стоят три длинные открытые галереи, из которых длиннейшая средняя, где всегда при больших торжествах, пока ещё не начинались танцы, становится стол со сластями. В средней галерее находится мраморная статуя Венеры, которою царь до того дорожит, что приказывает ставить к ней для охранения часового. Против этой галереи аллея — самая широкая во всём саду; в ней устроены красивые фонтаны, бьющие довольно высоко. Вода в них проводится в бассейны из канала с помощью большой колёсной машины»
    «Гулянье в Летнем саду и другие празднества происходили при точном соблюдении изданных в 1718 году правил о том, как следует устраивать ассамблеи, — подчёркивает исследователь, один из крупнейших краеведов в истории Петербурга. — В этих правилах было сказано, что “ассамблея” — слово французское, которое на русском языке одним словом выразить невозможно; обстоятельно сказать — вольное, в котором доме собрание или съезд делается и не только для забавы, но и для дела, ибо тут можно друг друга видеть и о всякой нужде поговорить, также и слышать, что где делается. А каким образом оныя ассамблеи отправлять, определяется ниже всего пунктом, покамест в обычай не войдёт: “В котором доме ассамблея имеет быть, то надлежит письмом или иным знаком объявить, куда вольно всякому притти, как мужскому, так и женскому полу”; “Ранее пяти или четырёх не начинается, а долее десяти пополудни не продолжается” и др.»
    Вывод из этой приятной прогулки по Летнему саду автор книги Сергей Князьков делает совсем не праздный: «Ассамблеи, общественные собрания, маскарады, торжественные обеды в честь славных событий царствования, заведённые Петром Великим, имели огромное воспитательное значение для того времени, создавали самую общественную жизнь, приучали людей быть и веселиться вместе. Так незаметно у царя Петра из потехи вытекало большое дело, создавались “людскость и политес” в замкнутом и разъединённом русском обществе, каким оно было в московские времена»
    …С тех пор прошло более трёх столетий. И всё же время не властно над истинной  красотой. Как написал некогда Самуил Маршак:
    Давно стихами говорит Нева.
    Страницей Гоголя ложится Невский.
    Весь Летний сад — Онегина глава
    …А там еще живёт петровский  век
    В углу между Фонтанкой и Невою…
  • Nadejdina
    27 окт 2019 16:15
    В будущее — с дельфинами:---
    В минувшую субботу в Петербурге, в рамках VI Международного культурного форума, впервые состоялся День Дельфинов – серия событий, посвящённых культуре и языку дельфинов и китов.
    Впервые в истории вопрос о наличии разума, культуры и языка у иного биологического вида обсуждался в ходе международного культурного форума
    подобного уровня. Эксперты из России, США, Франции, Италии и Канады представили факты, свидетельствующие о высоком уровне развития дельфинов, и подписали Декларацию о правах и свободе дельфинов и китов.
    «День дельфинов» превратился в масштабное действо на нескольких городских площадках: кроме научной конференции «Язык и культура дельфинов», были и музыка, и фильмы, и интересные встречи… Иными словами, организаторы представили собравшимся очень качественно сделанный ивент-проект: развлекательно-пропагандистский продукт высочайшего уровня, с чем и поздравляю одного из главных авторов события, Юлию Афанасьеву.
    (Напомню, ивент-проект /от слова «событие»/ — это когда массы людей, испытав мощное эмоциональное воздействие, совершенно самостоятельно и по своей воле приходят к одному и тому же выводу. Этим ивент-проект отличается от произведения искусства, которое каждый зритель, читатель, слушатель имеет возможность трактовать по-своему.)
    Нельзя назвать новой идею о разумности китообразных, изложенную в книге антропологов Александра и Николь Гратовски «План А», презентация которой состоялась на «Дне Дельфинов». Разум вообще присутствует в каждом живом существе. В природе не бывает такого, чтобы некое свойство было уникальным. Другое дело, что называть разумом.
    Мы привыкли, что разумное существо меняет окружающий мир под себя. Киты и дельфины 50 миллионов лет назад пошли по другому пути — они изменили себя под окружающий мир. Перебрались в воду с земной поверхности, пережили примерно пять миллионов лет жесточайшей эволюционной ломки и с тех пор не меняются.
    Дельфин может «произнести» около 14 тысяч сигналов. Его словарный запас равен среднему словарному запасу человека. Сигнал дельфина, если перевести его на человеческий язык, представляет собой нечто вроде иероглифа, который означает больше, чем отдельное слово.
    олее того, дельфины и киты, без всяких приспособлений, научились передавать свою информацию в границах всего мирового океана. Так, синие киты и кашалоты могут слышать звуки, издаваемые их собратьями за тысячи километров. Продувая несколько раз одну и ту же порцию воздуха, они рождают такую гамму звуков, что эти вариации и количество намного превышают звуки, издаваемые человеком. При этом у каждого дельфина индивидуальный голос, свой темп и тембр речи, манера изъясняться и «почерк» мышления. Возможности их мозга так высоки, что дельфин или кит в состоянии проанализировать раздельно спектры, идущие с частотой 3000 импульсов в секунду, что мы можем сделать лишь с помощью компьютера. В этом случае временной интервал между импульсами составляет всего около 0,3 миллисекунды — опять цифры компьютерной эры.
    В общем, пока люди изобретали компьютер и создавали Всемирную Паутину, китообразные благодаря владению почти мгновенным способом коммуникации на огромные расстояния на основе ультразвука примерно 50 миллионов лет назад уже создали в масштабах планеты систему сложного виртуального мира. И в этом мире они удовлетворяют фактически все свои потребности — в развлечении, привлечении противоположного пола, искусстве, познании мира; кроме, понятно, питания.
    Многочисленные футурологи пророчат такое же будущее человечеству. Только вот можем ли мы такое человечество продолжать считать разумным? И хотим ли мы такое будущее для человечества?
    Лично я — категорически нет. И вот почему.
    К сожалению, в очень хорошо написанной, притчевой книге А. и Н. Гратовски встречаются фундаментальные биологические ошибки. Так, в ней сказано, что дельфины никогда не спят. Это не правда, просто спят они разными полушариями мозга по очереди — по 6-7 часов каждым полушарием. Правда, в период «сна» их поведение не меняется. Отсюда, кстати, объяснение, как и зачем в ходе эволюции у них образовался такой большой мозг (потому что вначале должен был появиться мозг, а уже затем развитая коммуникационная система).
    Кроме того, авторы ошибочно считают, будто у дельфинов нет естественных врагов, и описывают их мир, как некий подводный эдем.
    Во-первых, дельфины болеют примерно тем же, чем человек. К тому же страдают от паразитарных болезней. У морских млекопитающих зарегистрировано 73 вида 45 родов паразитарных членистоногих и патогенных микроорганизмов, от которых не спасает подводный ультразвуковой интернет.
    Во вторых, на дельфинов охотятся хищники. Это и разных видов акулы, и касатки — кстати, тоже китообразные и тоже с большим мозгом. Любопытно, что касатки делятся на «оседлых» и «кочевых», прямо как люди. И если «оседлые» обычно питаются сельдью и живут в мире с дельфинами, то «кочевые», мигрирующие касатки, поедают именно дельфинов. Конечно, дельфины обороняются стаей, у них есть даже определённая воинская тактика. Но и касатки не менее умны, их мозг не меньше дельфиньего, его вполне хватает, чтобы убить и съесть десяток дельфиньих детенышей… В общем, всё, как у людей.
    У дельфинов даже наркоманы есть. Молодые дельфины ловят рыбу фугу, содержащую опасный яд — тетродотоксин. Затем жуют эту рыбу, передавая её друг другу, как люди — папироску с марихуаной и, видимо, достигая того же эффекта расслабленности.
    Дельфиний мир — не пример для подражания. В нём тоже есть порок, войны и смерть. Дельфины — тоже хищники, как и люди, и тоже живут за счёт убийства других живых существ, как и мы. Просто мы коров разводим, а дельфины на сельдь охотятся.
    Где же тут пример для подражания? Что же дал китообразным их «подводный интернет»? Только возможность оказывать меньшую нагрузку на окружающую среду, чем человечество? Нет, говорят А. и Н. Гратовски, — ещё и постоянные возможности для творчества.
    Авторы книги «План А» считают, что дельфины и киты творят всегда, при этом изменяя своим творчеством окружающий мир. И это не мистика: воздействие ультразвука на океанскую воду пока должным образом не изучено, но оно действительно существует. Поэтому киты и дельфины добры и всегда счастливы, и даже своего главного врага, человека, не убивают, а стараются спасти, если видят его в бедственном состоянии (не уверен, кстати, что это признак большого ума).
    принципе, конечно, можно представить себе такой вид разумных существ, который, отказавшись от всех систем доминирования над себе подобными, отказавшись от внешних статусов превосходства, вроде одежды, украшений и денег, никогда не испытывающий недостатка в пище, при этом не деградировал, а, напротив, отказавшись от цивилизации, развивался, все свои силы направив на прогресс в культуре, на участие в коллективном творчестве, на создание «чего-то там» важного и прекрасного, но недоступного для понимания представителям других видов. В конце концов, мы все знаем о феномене «нишевых искусств», творчества для «закрытых групп».
    Представить такое можно. Поверить трудно. Потому что далеко не каждое человеческое творчество приводит к полезному результату. Потому что есть слово «графомания». Потому что среди человеческих писателей, художников и поэтов большая часть не создала в искусстве ничего стоящего, хотя все пытались. Потому что даже наскальная живопись бывает и талантлива, и бездарна. Потому что бездарность всеобща и присутствует у всех видов разумных существ — любители собак знают, насколько бездарны бывают некоторые псины. И где ещё бездарности проявить себя, как не на просторах глобального интернета, не важно, человечьего или китового… А кто может запретить «самовыражаться» какому-нибудь молодому дельфину, накушавшемуся рыбы фугу? Модератора ведь в подводном мире нет… В общем, пока учёные не найдут среди дельфинов редактора-модератора, я не поверю в то, что они там делают действительно что-то талантливое.
    Да, а убивать их действительно не надо. Равно как и собак, и кошек. Но не потому, что они все обладают разумом — разум ещё никогда не был защитой от убийцы, — а потому, что это безнравственно. Нашей цивилизации, хотя и не 50 миллионов лет, как китовой, но это мы уже успели понять.
  • Nadejdina
    24 окт 2019 15:26
    Волга. Русская река с болгарским названием.
    Автор называет эту статью филологической байкой. Тем не менее в редакции отнеслись к ней как к серьёзному исследованию. Но, в конце концов, сторонам удалось достичь компромисса: пусть это будет — версия.
    В добрые старые времена любое сочинение приличествовало начинать с поклонов тем, кто автора
    вдохновил, кто научал, кто помогал, кто может вознаградить. Не стану отступать от оной благородной традиции, благо те, кому кланяюсь, вознаградить, слава Богу, уже ничем не могут. Зато я немало почерпнул из сочинений одного и многие годы — надеюсь, достаточно прилежно — учился у другого.
    Французский философ-платоник XI–XII веков Бернар Шартрский более всего вошёл в историю знаменитой фразой: «Мы подобны карликам, усевшимся на плечах великанов; мы видим больше и дальше, чем они — не потому, что обладаем лучшим зрением, и не потому, что выше них, но потому, что они нас подняли и увеличили наш рост собственным величием». Кстати, кому только впоследствии эту сентенцию ни приписывали: и сэру Исааку Ньютону, и торуньскому канонику Николаю Копернику, et cætera, et cætera…
    Для меня одним из титанов, на чьих плечах я нынче с удобством восседаю, является Лев Успенский с его великолепными «Словом о словах», «Именем дома твоего», «С языком до Киева», «Ты и твоё имя», «Почему не иначе?»… Разумеется, с великанами тягаться — дело заведомо пустое, а быть Храбрым Портняжкой неохота. Но хотя бы почувствовать, что занимаешься тем же самым — уже приятно. Приворожил, пристрастил-таки меня к этому наркотику Лев Васильевич! И потому я при всяком удобном случае люблю поковыряться в словах.
    А теперь вот захотелось поделиться тем, что наковырял — вдруг да открыл Швамбранию?
    Итак, вот вам то ли этимологическая, то ли топонимическая (одним словом — филологическая) байка. Чуть-чуть филологии
    Кто и как только Волгу-матушку ни называл! Античным авторам первых веков по Р.Х. — Клавдию Птолемею или Аммиану Марцеллину — она была известна как Ра (Rha). Название это иранского происхождения и в какой-то мере сохранилось до наших дней: эрзяне, финно-угорский народ Поволжья, именуют свою реку Рав. Правда, родственные им марийцы зовут её совершенно непохоже — Юл. Татары, народ уже не финно-угорский, а тюркский, — Идел; чуваши, тоже тюрки, — Атл; казахи (и эти тюрки) — Едiл; ойраты-калмыки — Иджил-гол. В этих последних гидронимах чувствуется отзвук известного нам из арабских источников IX века названия Итиль или Атель — река рек, великая река.
    В европейские атласы пришло уже русское её название: Волга; первоначально Вълга, то есть второй звук представлял собой неопределённый гласный, как в современном болгарском языке — «България», «слънце»… Принято считать, что произошло оно от праславянского Vьlga — влага. Эту версию подтверждает наличие рек Влга в Чехии и Вильга в Польше.
    Но тут невольно возникает вопрос: почему-то ни один народ не называл реку, озеро или море просто «водой», «влагой». В названии воде всегда сопутствовало какое-нибудь определение, эпитет: Красная река (Ред-ривер), Тростниковое озеро (Руока-ярви), Белое море и т.д. Лишь один случай вроде бы зафиксирован историей — казус реки Чусовой, левого притока Камы, на протяжении 592 километров протекающего по территории Челябинской и Свердловской областей, а также Пермского края.
    Рассказывают, что издревле обитавший там народ тюркского происхождения впрямь именовал реку просто Чу, то бишь «Вода». Но потом в те края прибился другой народец, тоже тюркоязычный. Спрашивают:
    — Что за река такая?
    — Это? Наша Чу.
    — Понятно, так и запишем: Чу-су, — потому как на их языке «вода» была не «чу», а созвучно — «су». И получилось Вода Чу1.
    Но прошли века, и объявился там народ уже финно-угорский. Интересуются:
    — Что за река?
    — Чу-су.
    — Ясненько, значит, по-нашенски будет Чу-су-ва.
    Всё верно: вода на финно-угорских языках — «ва», а об остальном словообразовании смотри выше.
    Но вскорости объявились в тех местах русские. Спрашивают у аборигенов:
    — Как речка-то зовется?
    — Чу-су-ва.
    — Отноне Чусовая будет.
    И получилась троекратная «вода» с русским окончанием…
    Впрочем, не все с этим согласны. Например, создатель екатеринбургской топонимической школы Е.К.Матвеев объяснял происхождение названия реки от двух корней: удмуртских «чус» («быстрый», «проворный») и «ва» («вода»). По его словам, «сейчас оно [название реки — А.Б.] произносится и пишется Чусовая, или, по-местному, Чусова, но, видимо, когда-то было Чусва». Однако сдаётся мне, Чусва — и есть та самая Чу-су-ва…
    Так вот, насчёт чешской Влги и польской Вильги, подсказывает чутьё, ещё разбираться надо, вряд ли там всё так просто. Но с нашей Волгой-матушкой дело куда проще.
    Для русского языка характерно взаимозамещение согласных «б» и «в».
    Теперь все у нас знают, что младенец Иисус появился на свет в городе Вифлееме. Но ведь это еврейский Бейт-Лехем (Дом Хлеба). Забавно, что арабы утверждают, будто правильное название — Байт-Лахм (Дом Мяса). Но хлеб ли, мясо ли, а начинается всяко с «б» — во всех языках, кроме нашего.
    Многим, наверное, памятна царица Савская, поразившая своей мудростью самого Соломона и положившая начало эфиопской династии, последним представителем коей был убиенный император Хайле Селассие I. Но вот ведь какое дело: царство-то её называлось Саба…
    Слово «библиотека» долгое время писалось у нас так: «вивлиофика» (и, соответственно, Библия была Вивлией).
    Кубинская столица La Habana (полностью San Cristóbal de La Habana) по-русски именуется — Гаваной, а гаванский танец при этом — хабанерой.
    Наконец, возьмите Севастополь. Так ведь в основе-то названия — греческий Себастополис.
    Византийская империя в оригинале именовалась Basileía Romaíon, а столица её — Бизантий.
    Кстати, с распространённым у нас именем Василий та же история — хоть кота Базилио вспомните, коли в греческий словарь лезть не с руки…
    При желании множить подобные примеры можно долго, однако этих, думаю, достаточно.
    Вот давайте и посмотрим, что получится, если заменить первую букву в названии славной Волги.
    Бълга.
    Помните: «България»?
    Ещё меньше истории
    А теперь от филологии — на минутку к истории.
    В VII веке на огромной территории — от юго-западного берега Каспийского моря до северного Причерноморья, включая Крым, — простиралась по степному раздолью мощная держава, возникшая на руинах Западно-тюркского каганата и византийскими писателями именуемая Великой Болгарией. На западе нависал над нею Аварский каганат, да только он уже дышал на ладан и особой опасности не представлял. Правда, с востока давили грозные хазары, но покуда болгары им противостояли. Основал это государство хан племени кутригуров Кубрат из рода Дуло (последнее в переводе означает Бешеный). Его дядя, хан Орган, в 619 году принял в Византии христианство, умирая же оставил престол племяннику, воспитывавшемуся при дворе в Константинополе и даже получившему сан патриция Римской империи. Ему-то и удалось объединить своих кутригуров с родственными утигурами, а также с финно-угорским народом оногуров (или хунногуров). И все бы хорошо, да умер великий Кубрат, а страну, как водится, поделили пятеро сыновей — ханы Батбаян, Котраг, Аспарух, Кубер и Альцек. Каждый возглавил собственную орду, и ни у кого в отдельности не достало сил, чтобы соперничать с хазарами.
    Из Кубратовых отпрысков сейчас нам интересен один — Котраг. Под его началом орда, состоявшая преимущественно из кутригурских племен, двинулась на север и обосновалась в районе средней Волги и Камы, где в VII–VIII веках и образовалась Волжская Булгария. (Пусть вас не смущают написания то Болгария, то Булгария — просто во избежание путаницы принято для удобства писать о Дунайской Болгарии — предке современной, и Волжской Булгарии; но это всё България с её неопределённым гласным после «б».) В 737 году вслед за разгромом арабами Хазарского каганата с Дона и из Северного Дагестана туда переселились родственные племена суваров и биляров. В итоге к тому времени, когда в Поволжье стали наезжать для грабежа и торговли наши предки, им пришлось считаться с обширным и хорошо организованным государством, чьи владения охватывали территории современных Татарстана, Чувашии, Ульяновской, Самарской и Пензенской областей. Впрочем, по мнению некоторых исследователей, Волжская Булгария была куда обширнее: западные границы её совпадали с восточными рубежами Древней Руси; восточные находились в районе рек Иртыш, Обь и Енисей; южные и юго-восточные определялись северо-западными и северными районами Хорезма и Кавказским хребтом, северные выходили к берегам Карского моря. С Волжской Булгарией поддерживали политические и торговые отношения Византийская империя и весь Восток.
    Чья матушка Волга?
    Так на какую же реку наши пращуры вышли? Вестимо, на Бългу — то бишь, реку Българскую.
    Кстати, гидронимы по принадлежности, так сказать, именовались нередко. Вот, например, Чудское озеро (от финно-угорского племени чудь), Немецкое море, которое мы на современных картах знаем как Северное (хотя во времена моего старшего брата в школьных атласах оно ещё было Немецким, но — vae victis2!), или какой-нибудь Персидский залив.
    А Волга в те далекие времена впадала, вопреки расхожему утверждению, вовсе не в Каспийское море (это название более позднее), а в Хвалынское (или Хвалийское), то есть Хорезмийское. Именовали его также и Хазарским — в Иране и сейчас так называют.
    Вот и выходит, что матушка рек русских — река Болгарская.
    Андрей Балабуха
  • vino4
    16 окт 2019 15:03
    Надюша, вы правы: у каждого свой взгляд на вещи, и взгляд этот формируется жизненным опытом. Я тоже раньше думала, что "ни один человек не может видеть", пока не столкнулась с тем, что некоторые все-таки могут видеть мои мысли. Тогда я стала разбираться, как же у них это получается - оказывается, все просто, как дважды два.

Добавить комментарий