30 лет назад в Германии прошла научная дискуссия, перевернувшая представления о долге и праве историка — осмыслять трагическое прошлое своей страны. Необходима ли научная самоцензура во имя будущего? Или она разрушает общество и науку? Спор стал общеевропейским, а потом и мировым явлением. Он не утихает до сих пор, многие считают, что лучше бы его не было, другие убеждены, что это моральный урок и пример. В таком случае — чему он учит нас? Возможны ли какие бы то ни было добровольные ограничения...