Ощущение страшной трагедии, о которой мы говорили уже не один месяц, а мир ее не хочет видеть. Мир не хочет замечать о чем говорит Россия с первого дня, когда эта фашистская хунта стала топтать землю Новороссии. Страшные преступления. Цивилизованный мир содрогается, когда отрезают головы заложниками американским, английским и сейчас французскому. А убийство, ни в чем неповинных жителей Новороссии, их не волнует.